Новости

С выставки можно уйти. От увиденного — не всегда.

Мы завершаем серию роликов о выставке «Катастрофа памяти. Неонацизм в XXI веке», представленной на Международном фестивале молодёжи в Екатеринбурге. Официально проект посвящён исторической памяти и современным проявлениям неонацистских идей.

Последний ролик снова возвращает нас к событиям 2014 года — к Крыму, юго-востоку Украины, уличным протестам, страху, расколу общества. В экспозиции эти события показаны через документы, фотографии, плакаты, хронику и свидетельства людей.

Но в финале особенно важны не стенды. Важны люди, которые стоят перед ...

У этих детей не должно было быть памятника. У них должно было быть будущее.

Продолжаем рассказывать о выставке «Катастрофа памяти. Неонацизм в XXI веке», представленной на Международном фестивале молодёжи в Екатеринбурге.

Девятый ролик — об одном из самых тяжёлых её разделов. Об «Аллее ангелов».

Здесь трудно смотреть на происходящее как на историю или хронику военных событий. Потому что перед тобой — детские лица. Имена. Фотографии. Даты жизни. Игрушки, рисунки, одежда. Обычные детские вещи, которые страшно видеть за музейным стеклом.

У каждого из этих детей была семья. Кто-то собирался в школ

Иногда вся Россия помещается в одном мазке кисти. В синем рисунке Гжели. В золоте Хохломы. В тонком кружеве. В резьбе по дереву. В фарфоре, расписанном рукой мастера.

Продолжаем серию роликов проекта «Россия: визуальные коды», представленного на Международном фестивале молодёжи в Екатеринбурге.

Пятый ролик — о народных промыслах.

Россия огромная. И в каждом её уголке люди по-своему работали с тем, что было рядом: деревом, глиной, металлом, тканью, фарфором. Так рождались ремёсла, которые со временем стали узнаваемыми далеко за пределами тех мест, где появились.

Но самое удивительное — смотреть

Когда спор о прошлом начинает стоить человеческих жизней.

Продолжаем рассказывать о выставке «Катастрофа памяти. Неонацизм в XXI веке», которая прошла 11–17 сентября в Екатеринбурге в рамках Международного фестиваля молодёжи.

Восьмой ролик — об Украине и о том, как в 2014 году споры об истории, идентичности и будущем страны оказались тесно связаны с уличным противостоянием, страхом и насилием.

До этого многое могло казаться спором о названиях улиц, памятниках, символах, языке, героях прошлого. Но в 2014 году стало ясно, насколько быстро такие разногласия могут выйти далеко за пределы историчес

По архитектуре можно понять, как менялась Россия.

Продолжаем серию роликов проекта «Россия: визуальные коды», представленного на Международном фестивале молодёжи в Екатеринбурге.

Четвёртый ролик — об архитектуре.

Храм Василия Блаженного, Исаакиевский собор, Троице-Сергиева лавра, старые крепости. Московские высотки, Лахта-центр, Дворец земледельцев в Казани, современный Екатеринбург. Русский мост во Владивостоке и Крымский мост.

Все эти здания и сооружения появились в разное время. У каждого — своя история. Но вместе они показывают, как менялась страна и как менялись сами города.

Где-то до сих

Памятник можно снести за один день. А память — нет.

Продолжаем рассказывать о выставке «Катастрофа памяти. Неонацизм в XXI веке», которая прошла 11–17 сентября в Екатеринбурге в рамках Международного фестиваля молодёжи.

Седьмой ролик — о советских военных памятниках и мемориалах, которые в последние годы демонтировали в Польше, Чехии, Латвии и других странах.

Для многих в России эти памятники — прежде всего память о солдатах Красной армии, погибших в борьбе с нацистской Германией. Поэтому кадры, где монументы снимают с постаментов и увозят, воспринимаются особенно остро.

Но в самих странах к э

У России много святынь — и все они разные.

Продолжаем рассказывать о проекте «Россия: визуальные коды», представленном на Международном фестивале молодёжи в Екатеринбурге.

Этот ролик — о религиях России.

Храм Василия Блаженного, соборы Московского Кремля, Исаакиевский и Казанский соборы, церковь Покрова на Нерли, Московская хоральная синагога, мечеть Кул-Шариф, Иволгинский дацан, католический собор. Очень разные здания, традиции, символы. Но все они — часть истории страны.

Религия на протяжении веков влияла не только на духовную жизнь людей. Она меняла облик городов, архитектуру, искусство, об

Опасные идеи не всегда возвращаются под старыми названиями.

Продолжаем рассказывать о выставке «Катастрофа памяти. Неонацизм в XXI веке», которая прошла 11–17 сентября в Екатеринбурге в рамках Международного фестиваля молодёжи.

Шестой ролик продолжает нашу серию.

После Второй мировой войны нацистский режим был разгромлен. Но идеи ненависти, расового превосходства и деления людей на «своих» и «чужих» не исчезли.

В предыдущих роликах мы говорили о послевоенной Европе, о людях, которые после службы в структурах Третьего рейха продолжили карьеру, о новых радикальных движениях и о том, как менялось

Россию можно узнать без подписи — по её пространству. Северное сияние, ледяные просторы, тайга, реки, степи, пески, скалы, Ленские столбы.

Продолжаем серию роликов проекта «Россия: визуальные коды», представленного на Международном фестивале молодёжи в Екатеринбурге.

Второй ролик — о природе России.

Её невозможно показать несколькими кадрами. Слишком разные пейзажи, расстояния, климат. Где-то — снег и тишина, где-то — бескрайняя степь, где-то — вода до горизонта, а где-то — скалы, которым миллионы лет. На фестивале эти кадры действительно притягивали внимание. Люди подходили ближе, снимали на ...

На плакате — карикатура. Но за ней была совсем не смешная тревога.

Продолжаем рассказывать о выставке «Катастрофа памяти. Неонацизм в XXI веке», которая прошла 11–17 сентября в Екатеринбурге в рамках Международного фестиваля молодёжи.

Пятый ролик — о советском сатирическом плакате времён холодной войны. После Победы прошло совсем немного лет. Память о войне была ещё слишком свежей, потери — слишком близкими. И на этом фоне в Европе снова появлялись на высоких военных должностях люди, которые прежде служили в вермахте.

Один из примеров — Ганс Шпейдель. Во время Второй мировой войны он был ге

Россию невозможно показать одним кадром. Слишком разная. Слишком большая. Слишком много в ней народов, традиций, языков, музыки, орнаментов, костюмов.

Мы начинаем серию роликов о проекте «Россия: визуальные коды», представленном на Международном фестивале молодёжи в Екатеринбурге.

Первый ролик — о народах России.

На площадке проекта национальную культуру можно было рассматривать буквально в деталях: орнаменты, украшения, ткани, головные уборы, элементы костюмов. Что-то — примерить. Где-то — включиться в танец или хоровод. А с помощью AI-инсталляции — увидеть себя в новом национальном образе. И

Война закончилась. А карьеры некоторых из тех, кто служил Третьему рейху — нет.

Продолжаем рассказывать о выставке «Катастрофа памяти. Неонацизм в XXI веке», которая прошла 11–17 сентября в Екатеринбурге в рамках Международного фестиваля молодёжи.

После 1945 года Европа очень быстро оказалась в новой политической реальности. Началась холодная война, создавались новые государственные и военные структуры, и опыт некоторых людей, прежде служивших нацистской Германии, снова оказался востребован.

В четвёртом ролике — три биографии.

Райнхард Гелен во время войны руководил военной разведкой на Восточ